Фармацевтическая отрасль требует пересмотра подходов к принудительному лицензированию лекарств. Производители указывают на противоречивость судебных решений и отсутствие ясных критериев, позволяющих установить реальный дефицит препарата, оценить значимость технического достижения и доказать существенность экономических преимуществ нового изобретения. В этих условиях под угрозой оказываются не только патентные права, но и планы по выводу на российский рынок инновационных молекул. Проблему обсудили на XVII Всероссийском конгрессе пациентов.
СПРАВОЧНО
Принудительное лицензирование лекарств — это механизм, при котором государство разрешает какой-то компании производить и продавать препарат, даже если на него действует патент (то есть права на изобретение формально принадлежат другой фирме), — но только в особых, экстренных случаях и с важными оговорками. При этом патентообладатель не лишается прав полностью: ему выплачивают компенсацию.
Проще говоря: обычно только владелец патента решает, кто и на каких условиях может делать лекарство. Но если возникает серьёзная проблема (дефицит, угроза здоровью населения, чрезвычайная ситуация), правительство или суд может вмешаться и дать разрешение третьему лицу.
Дефицит по судебному решению
Непредсказуемость правоприменительной практики становится для фармацевтических компаний самостоятельным фактором риска. Неясность правил, по которым суды рассматривают споры о принудительном использовании патентов, затрагивает как зарубежных разработчиков, так и отечественных производителей, вкладывающих средства в создание оригинальных лекарств.
По оценке исполнительного директора Ассоциации «Инфарма» Вадима Кукавы, отсутствие единых и понятных подходов осложняет инвестиционное планирование, ставит под сомнение защищённость инновационных разработок и способно изменить коммерческие решения компаний относительно российского рынка.
Один из наиболее острых вопросов — установление недостаточности лекарственного обеспечения, которая может служить основанием для выдачи принудительной лицензии. На XVII Всероссийском конгрессе пациентов Кукава обратил внимание на судебное дело, в котором, согласно приведённой им позиции, производитель выполнил обязательства по поставкам в полном объёме, ориентируясь на потребность, определённую Минздравом. Тем не менее суд признал аргументы о нехватке препарата достаточными и постановил выдать лицензию.
Для участников рынка подобная ситуация обнажает принципиальную проблему: сам факт выполнения производителем рассчитанного объёма поставок не гарантирует защиты от претензий, связанных с доступностью лекарства. При этом границы объективного дефицита остаются недостаточно определёнными.
В «Инфарме» считают, что без чёткой методики оценки обеспеченности рынка невозможно гарантировать единообразное применение законодательства. Необходимо установить, какие показатели должны учитываться при определении потребности, в каких случаях поставки можно признать недостаточными и где проходит граница между реальной нехваткой препарата и спорной трактовкой ситуации.
Техническое достижение без ясных критериев
Не меньше вопросов вызывает механизм принудительного лицензирования зависимых изобретений. Закон допускает его применение при условии, что новое техническое решение представляет собой важное достижение и обеспечивает существенные экономические преимущества. Однако содержание этих понятий, по мнению представителей фармацевтической отрасли, нуждается в более строгом определении.
В частности, дискуссионным остаётся вопрос о том, можно ли считать весомой экономической выгодой появление воспроизведённого препарата, цена которого практически не отличается от стоимости оригинального лекарства. Само по себе расширение числа поставщиков ещё не означает, что потребитель получает существенный ценовой выигрыш. Но действующие критерии, как указывают в Ассоциации, не дают достаточной определённости для оценки подобных обстоятельств.
Разночтения возникают и при рассмотрении технической составляющей изобретений. Речь идёт, в частности, о новых способах производства и очистки действующего вещества: насколько они совершенствуют существующую технологию, в чём заключается их самостоятельная ценность и достаточно ли этого для признания разработки значимым техническим достижением.
В «Инфарме» выступают за более активное привлечение независимых экспертов к рассмотрению таких дел. Без профессиональной оценки технологических особенностей и экономических последствий судебные решения рискуют опираться на неодинаковое толкование одних и тех же законодательных формулировок.
Более 50 заявок — четыре наименования
Масштаб применения механизмов принудительного лицензирования также стал предметом обсуждения.
По данным, приведённым Кукавой, за последние несколько лет в правительственную подкомиссию поступило свыше 50 соответствующих заявок. При этом решения о выдаче лицензий затронули только четыре международных непатентованных наименования (МНН).
Для отрасли важны не только количественные показатели, но и предсказуемость процедуры. Компании должны понимать, при каких обстоятельствах государство может разрешить использование защищённой разработки третьими лицами и какие доказательства будут считаться достаточными.
Пока же неоднозначность критериев сохраняет пространство для разночтений и повышает риски патентных конфликтов.
Такие споры хотят передать специалистам
Одним из способов изменить сложившуюся ситуацию может стать пересмотр порядка рассмотрения дел. 18 ноября Госдума приняла в первом чтении пакет законопроектов, предусматривающих передачу споров о принудительных лицензиях в Суд по интеллектуальным правам (СИП) в качестве первой инстанции.
В фармацевтической отрасли рассчитывают, что концентрация подобных дел в специализированном суде позволит глубже учитывать особенности патентного законодательства, технологическую специфику лекарственного производства и экономические обстоятельства споров. Ожидаемый результат — более качественная экспертиза и единообразие судебных подходов.
Параллельно обсуждается расширение инструментов защиты интеллектуальной собственности. Среди предложений — наделение Роспатента дополнительными полномочиями по выявлению нарушений с использованием системы мониторинга движения лекарственных препаратов (МДЛП), а также усиление ответственности за незаконное использование патентов.
Отдельное направление претензий отрасли связано с исполнением решений Федеральной антимонопольной службы (ФАС).
По оценке «Инфармы», закупочные процедуры могут продолжаться даже после того, как действия производителя признаны недобросовестной конкуренцией. Ассоциация уже обратилась в ФАС, предложив подготовить разъяснения для территориальных управлений службы и государственных заказчиков. Документ должен определить порядок действий в ситуациях, когда установлено нарушение, но закупки соответствующего препарата не прекращаются.
Новые молекулы под вопросом
На фоне правовой неопределённости международные фармацевтические компании пока не прекратили вывод инновационных препаратов на российский рынок. Согласно исследованию «Инфармы», в 2022 году в России было представлено 12 новых инновационных молекул, а в 2025-м их число достигло 29.
Однако сохранение этой динамики не гарантировано. В качестве показательного примера Кукава привёл реакцию руководителя одной из международных фармацевтических компаний на недавние судебные решения. По его словам, тот усомнился в целесообразности дальнейшего расширения присутствия на российском рынке и поставил под вопрос вывод ещё пяти-семи молекул, которые прежде входили в планы компании.
Таким образом, последствия спорной практики могут выйти далеко за пределы отдельных патентных разбирательств. Для разработчика решение о регистрации и запуске нового лекарства предполагает долгосрочные вложения, расчёт потенциального спроса и оценку правовых рисков. Если правила защиты интеллектуальной собственности остаются непредсказуемыми, компания может пересмотреть инвестиционные приоритеты ещё до начала вывода препарата.
Причём проблема не ограничивается интересами зарубежного бизнеса. Российские производители, создающие оригинальные лекарства и финансирующие собственные исследования, также нуждаются в гарантиях защиты результатов интеллектуального труда. Неопределённость в сфере патентных прав способна ослабить стимулы к разработке новых препаратов независимо от страны происхождения компании.
Отрасль фактически требует найти баланс, при котором интересы пациентов в доступности необходимой терапии не будут противопоставлены правам разработчиков. Принудительное лицензирование должно оставаться инструментом решения проблем лекарственного обеспечения, но его применение, настаивают представители фармрынка, необходимо подчинить прозрачным критериям. Иначе механизм, призванный расширять доступ к терапии, может одновременно сокращать готовность компаний инвестировать в появление новых лекарств.
XVII Всероссийский конгресс пациентов
С 19 по 24 ноября 2026 года Всероссийский союз пациентов проводит XVII Всероссийский конгресс пациентов «Вектор развития: пациент-ориентированное здравоохранение». Программа открылась серией онлайн-круглых столов, посвящённых практическим проблемам получения медицинской помощи.
Участники обсуждают, насколько доступен пациентам приём профильных специалистов, диагностика и назначенное лечение, какие препятствия мешают своевременному обращению за медицинской помощью и каким образом опыт самих пациентов должен учитываться при принятии решений в сфере здравоохранения. К дискуссии привлечены представители пациентских организаций, медицинского и экспертного сообщества.