Искусственный интеллект в российском здравоохранении уже применяется в реальной клинической практике, но пока не стал повседневным инструментом для каждого врача и каждой медицинской организации. Об этом в МАХ-канале «Право на здоровье» рассказал Александр Гусев, директор по развитию Webiomed.
По его словам, сегодня наиболее заметное практическое применение ИИ связано с двумя направлениями.
Первое: анализ медицинских изображений. Такие решения помогают автоматически обрабатывать результаты лучевой диагностики и поддерживают врача-рентгенолога: в частности, позволяют снизить риск пропуска заболевания, особенно на ранней стадии.
Второе: система поддержки принятия врачебных решений для анализа электронных медицинских карт. Они могут подсказывать врачу, на что обратить внимание во время приёма, помогать не пропустить пациента с высоким риском и сокращать число нарушений клинических рекомендаций и нормативных требований.
«При этом, — отмечает эксперт, — внедрение ИИ пока остаётся неравномерным. Анализ медицинских изображений, по его оценке, уже внедрён в большинстве регионов, а системы поддержки принятия врачебных решений для электронных карт примерно в половине субъектов».
Главный барьер, по мнению Гусева, не один. Разработка ИИ-продуктов для здравоохранения дорогостоящий и длительный процесс: нужны данные, команды специалистов по машинному обучению, вычислительные мощности, интеграция с медицинскими информационными системами и прохождение регуляторных процедур.
«Разработка нового продукта — рискованная и дорогостоящая задача, требующая большого числа уникальных компетенций», — отмечает эксперт.
Отдельный вопрос — регулирование. Сейчас ИИ-решения для врачей относятся к медицинским изделиям и должны проходить регистрацию. На рынке есть мнение, что такие требования слишком жёсткие и могут тормозить развитие.
Но у регуляторов и экспертов по доказательной медицине другая позиция: для технологий, влияющих на клинические решения, важно накопить доверие, подтвердить безопасность и качество.
Борис Зингерман, генеральный директор ассоциации «Национальная база медицинских знаний», обращает внимание, что действующее регулирование в первую очередь работает через медицинские организации:
«Если программное обеспечение применяется при оказании медицинской помощи, его можно отнести к медицинским изделиям и требовать регистрацию. В случае с пациентскими ИИ-сервисами ситуация сложнее: человек может обратиться к любой доступной модели в свободном интернете, в том числе зарубежной, а понятных механизмов контроля за таким использованием сегодня практически нет».
По мнению Бориса, эта ситуация во многом повторяет дискуссию, которая уже возникала около 15 лет назад, когда интернет стал массово доступным и в сети начала активно распространяться медицинская информация. Тогда также обсуждалось, как оценивать качество сайтов о здоровье, маркировать проверенные ресурсы и защищать пользователей от недостоверной информации. Однако со временем эта тема ушла из активного общественного обсуждения.
С пациентскими ИИ-сервисами риск может быть выше из-за формы подачи ответа. В отличие от обычной поисковой выдачи, ИИ-модель формулирует ответ уверенно и «человекообразно», из-за чего пользователь может воспринимать рекомендацию как более достоверную, чем она является на самом деле.
«При этом, — по оценке Зингермана, — регулировать такие сервисы в свободном интернете крайне сложно: запретить все альтернативные модели практически невозможно, а создание «официальной» медицинской модели не решит проблему, если не будет доказано, что она действительно даёт более качественные ответы».
Отдельно Борис Зингерман выделяет ещё одну тенденцию последнего года: помимо клинического применения ИИ, в медицинском сегменте активно развивается использование таких технологий в административных и организационных задачах медицинских организаций:
«Речь, например, об анализе качества медицинской документации: такие системы могут проверять документы, искать несоответствия клиническим рекомендациям, внутренним правилам или требованиям к ведению случая».
Отдельное направление — голосовые помощники для врачей. Это уже не просто диктовка, а системы, которые могут слушать диалог врача и пациента на приёме и на его основе формировать медицинский документ по принятой в организации форме: жалобы, анамнез, сведения о заболевании и другие разделы.
«Именно этот организационный сегмент может активно развиваться в ближайшее время. Такие решения не всегда требуют регистрации как медицинские изделия, если они решают не клинические, а организационные задачи. При этом для медорганизаций они могут быть особенно полезны, поскольку помогают снизить нагрузку на врачей и сократить время на оформление документации», — считает Борис Зингерман.
Эксперты сходятся в том, что распространение ИИ в медицине не происходит мгновенно. Как и в случае с электронными медицинскими картами, технологии будут постепенно становиться частью обычной работы системы, но для этого потребуется время, доказательная база, доверие пользователей и понятные правила применения.