Министр здравоохранения Михаил Мурашко заявил, что 90% врачей больше не ощущают бумажной нагрузки. Так ведомство отчиталось о выполнении поручения президента по сокращению отчетности. Но за официальным оптимизмом остается неудобный вопрос: если документы по-прежнему заполняют вручную, а одни и те же сведения приходится вносить в несколько систем, что именно изменилось для врачей? По отзывам медиков, цифровизация не освободила их от бюрократии — она перевела ее на новый носитель.
90 процентов без хронометража
Минздрав не раскрыл методику опроса, на основании которого получил показатель в 90%. Неизвестны число участников, география исследования и доля среднего медицинского и административного персонала. Проводился ли хронометраж рабочего времени, позволяющий измерить реальное сокращение нагрузки, также не сообщается.
В результате ведомственный отчет фиксирует субъективное восприятие ситуации, но не доказывает, что врачи стали меньше работать с документацией.
Само поручение президента появилось не на пустом месте: медикам приходится заполнять более 150 форм и отчетов, причем одни и те же сведения нередко дублируются в электронном и бумажном виде. Прием пациента обрастает протоколом осмотра, записями в электронной медицинской карте, направлениями, назначениями и статистическими талонами. К этому добавляются журналы и отчетность по национальным проектам.
По оценкам, на документацию уходит до 40% рабочего времени врача. Формально все эти действия предусмотрены правилами. Фактически же клиницисту приходится выполнять работу оператора ввода данных — вместо того чтобы заниматься диагностикой и лечением.
Бумага не исчезла, а обзавелась интерфейсом
Разгрузить медиков чиновники обещают годами, однако на практике значительная часть сведений по-прежнему вносится вручную. Технологии распознавания речи уже применяются в телемедицине и разрабатываются стартапами, но массовому внедрению мешает разобщенность информационных систем. Не все платформы поддерживают голосовой ввод, а ручное заполнение до сих пор считается более надежным.
Насколько оправдан такой консерватизм, вопрос отдельный: подпись врача подтверждает содержание документа, а не то, каким способом был набран текст. Однако технологические возможности сами по себе не устраняют организационных барьеров.
Настоящее сокращение нагрузки возможно лишь при однократном вводе информации. Если врач уже внес сведения о пациенте, система должна самостоятельно формировать статистические талоны, отчеты для ОМС и документы по профилактическим осмотрам. Теоретически для этого есть возможности Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения (ЕГИСЗ). Практически региональные платформы до сих пор не всегда совместимы с федеральными.
Выход — унификация систем и автоматическая генерация отчетности. Пока же вместо единого цифрового контура медики получают набор разрозненных программ, между которыми не удается наладить полноценный обмен данными.
Есть и другая причина, по которой ручной ввод сохраняет позиции: ответственность за ошибки несет врач, а не разработчик программного обеспечения. Если система даст сбой или потеряет данные, разбираться с последствиями придется медику. При таких условиях потратить 15 минут на самостоятельное заполнение документа зачастую кажется безопаснее, чем довериться автоматизации.
Без легализации голосового ввода и автоматического формирования отчетов цифровизация рискует остаться сменой интерфейса, а не способом высвободить врачебное время.
Медицина ради галочки
ВК-канал «Медицинская Россия» опросила врачей, работающих в системе ОМС. Их оценки расходятся с официальным отчетом: нагрузка не уменьшилась, а бюрократия переместилась с бумажных бланков в электронные формы. Медики продолжают выполнять работу, которую могли бы взять на себя операторы медицинских информационных систем или секретари.
Педиатр из Санкт-Петербурга описывает повседневную практику так:
«Патронаж ребенка: нужно и внести в систему, и выдать бумажку родителям, и получить подпись. Вызовы на дом: после 8–10 пациентов врач еще почти час общается с компьютером. Планшетов нет.
От показателей зависят деньги. Главное — чтобы нужное действие появилось в системе. Нужен план по телемедицине? Появляются фиктивные телеконсультации при закрытии больничных. Нужен план по приемам? Врач создает дополнительные записи. Медицина превращается в симулятор: главное, чтобы стояла галочка.
В итоге мы получили бумажную бюрократию плюс электронную бюрократию. Наверху действительно кажется, что врачи этого уже не замечают».
В этой системе отчетный показатель способен подменить медицинский результат. Если финансирование и оценка работы привязаны к количеству записей и выполненных действий, у сотрудников появляется стимул обеспечить нужную цифру — даже когда за ней не стоит дополнительная помощь пациенту.
12 минут на прием и борьбу с программой
Терапевт одной из московских поликлиник Департамента здравоохранения Москвы также не видит признаков сокращения бумажной работы:
«Бумажная волокита никуда не делась. На врачебную комиссию собираем и распечатываем документы — они постоянно теряются. На приеме мы обучаем пациентов QR-кодам и приложениям. По каждому пациенту заполняем избыточные поля, не связанные с диагнозом.
Электронные направления есть, но сбои системы ложатся на нас. За 12 минут приема приходится проверять, не назначила ли система лишние анализы. Бумаг не стало меньше — их заполняют в компьютере. Пациенту нужна только справка в бассейн, но без электронного назначения протокол не закроется.
Пациенты записываются “с жалобой”, чтобы попасть быстрее. Каждую формальную жалобу приходится отрабатывать: фиксировать, назначать анализы. Это бессмысленная нагрузка».
Цифровой документооборот в таком виде не столько упрощает работу, сколько добавляет к ней новые обязательные операции: врач должен не только принять пациента и оформить медицинские документы, но и контролировать действия программы, исправлять последствия сбоев, обучать посетителей работе с приложениями.
В результате выполнение формальных требований конкурирует за время с лечением. Цифровизация, призванная освободить врача от отчетности, пока лишь пересадила бюрократию за компьютерный стол — и оставила медика отвечать за обе ее версии.

