Газета: здравоохранение в регионах
Газета: здравоохранение в регионах

ТРЕНДЫ: скорая помощь едет впустую — число «холостых» вызовов в России выросло на 75%

СОЦСЕТИ
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Фото: max.ru/murashko_med
Фото: max.ru/murashko_med

За 14 лет количество безрезультатных выездов скорой помощи в России увеличилось почти на три четверти, хотя общее число обращений к службе экстренной медицины сократилось. Ежегодно бригады тратят время на миллионы вызовов, не заканчивающихся оказанием экстренной помощи. Идея штрафовать пациентов за необоснованные обращения пока остается на уровне дискуссий: юристы указывают на принципиальную проблему — в российском законодательстве нет понятия «злоупотребления медицинской помощью».

Миллионы поездок без результата

Российская скорая помощь сталкивается с парадоксом: вызовов становится меньше, но доля тех, что не приводят к оказанию помощи, неуклонно растет. Если в 2010 году службы зарегистрировали 47,5 млн обращений, то в 2024-м — 39,1 млн. Снижение составило 17,7%. За тот же период доля безрезультатных выездов увеличилась на 74,5%, а их абсолютное количество — на 43,6%, достигнув 2,8 млн за год. В среднем ежегодно на такие поездки приходится более 2,4 млн выездов.

Эти цифры приведены в исследовании «Безрезультатные вызовы бригад скорой медицинской помощи в Российской Федерации», опубликованном в научно-практическом журнале «Скорая медицинская помощь». Работу подготовили специалисты НИИ скорой помощи имени Джанелидзе, Первого Санкт-Петербургского государственного медицинского университета имени Павлова, Института экспериментальной медицины и Северо-Западного государственного медицинского университета имени Мечникова.

К категории безрезультатных исследователи относят разные ситуации: пациента не оказалось по указанному адресу, вызов отменили, человек отказался от осмотра, до приезда бригады его уже обследовал врач поликлиники. В эту же группу входят случаи смерти пациента до прибытия медиков и обращения, при которых экстренное вмешательство не потребовалось.

Таким образом, за общей статистической категорией стоят принципиально разные обстоятельства — от несостоявшегося визита до ошибочной оценки человеком собственного состояния. Однако для службы результат один: время и ресурсы бригады оказываются заняты, а ее готовность к следующему экстренному вызову снижается.

Отказы растут быстрее обращений

Параллельно увеличивается число случаев, когда диспетчеры не направляют бригаду, поскольку считают вызов необоснованным. За рассматриваемый период количество таких отказов выросло на 170,1%. В среднем речь идет более чем о 1,7 млн обращений в год. В зависимости от ситуации пациента либо перенаправляют в другую медицинскую организацию, либо в вызове отказывают.

На фоне этих показателей вопрос эффективности диспетчеризации приобретает особое значение. Ошибка в оценке обращения может привести как к неоправданному выезду, так и к задержке помощи человеку, действительно нуждающемуся в экстренном вмешательстве. При этом само отсутствие показаний к срочному лечению еще не означает, что тревога пациента была намеренной или заведомо необоснованной.

Норматив есть, единой картины нет

Программа государственных гарантий на 2026–2028 годы предусматривает прибытие скорой помощи в течение 20 минут. Для труднодоступных территорий допускаются более продолжительные сроки — от 40 до 60 минут в зависимости от расстояния.

Однако нормативные требования не всегда совпадают с опытом пациентов. По данным опроса MAR Consult, проведенного в январе 2026 года среди 1200 человек, 56% респондентов ждали бригаду более 20 минут. Каждый пятый опрошенный — 21% — сообщил об ожидании продолжительностью свыше часа.

Официальные показатели при этом выглядят иначе. В Москве норматив прибытия соблюдается в 93% случаев, а среднее время приезда скорой в 2024 году составляло 10,6 минуты. В Санкт-Петербурге в установленный срок укладываются 95% вызовов.

Сопоставить эти данные с ситуацией в масштабах всей страны затруднительно: отдельная статистика по федеральным округам отсутствует. В результате показатели отдельных регионов и результаты опросов населения не складываются в единую картину доступности экстренной медицинской помощи.

Недоверие к срокам ожидания отражается и на поведении пациентов. По данным того же исследования, 95% опрошенных намерены повторно связываться с диспетчером и выяснять, когда приедут медики, если бригада задерживается. Респонденты понимают, что дополнительные звонки способны увеличить нагрузку на телефонную линию, но все равно готовы перезванивать.

Штраф за вызов упирается в закон

Для организаторов здравоохранения проблема безрезультатных выездов имеет вполне прикладное измерение. Каждая поездка, не потребовавшаяся по медицинским показаниям, отвлекает персонал, увеличивает нагрузку на систему и оборачивается дополнительными расходами. На фоне кадрового дефицита такие потери способны сказываться на оперативности службы и ее возможности реагировать на действительно экстренные ситуации.

Авторы исследования настаивают на целевом использовании бригад, сокращении непрофильных затрат и более рациональном распределении ресурсов. Но практический вопрос остается прежним: как отделить действительно необоснованный вызов от обращения, продиктованного страхом за собственное здоровье?

Попытку перевести дискуссию в плоскость ответственности пациентов предприняли в сентябре 2025 года. Депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга Павел Крупник предложил ввести административные наказания и штрафы для граждан, злоупотребляющих медицинской помощью. Дополнительно он выступил за публикацию статистики причин вызовов и случаев, когда пациенты или другие граждане причиняли вред медикам. Инициатива общественный резонанс получила, но дальнейшего продвижения не последовало.

Главное препятствие обозначили юристы: российское законодательство не содержит определения «злоупотребления медицинской помощью». Без четких правовых критериев установить состав нарушения и определить основания для наказания крайне сложно.

Человек вызывает скорую, исходя из собственных ощущений, а не из профессиональной медицинской оценки. То, что впоследствии не потребовало экстренного вмешательства, в момент обращения могло казаться ему опасным состоянием. Провести границу между оправданной тревогой и необоснованным вызовом зачастую могут только медицинские специалисты — причем уже после оценки обстоятельств.

Представители здравоохранения и депутаты Госдумы отнеслись к идее штрафов сдержанно. Один из основных аргументов против такого подхода — риск, что пациенты начнут отказываться от вызова скорой из опасения получить наказание. Для системы это означало бы не устранение проблемы, а появление дополнительного барьера между человеком и экстренной помощью.

Цена неэффективности

В исследовании подчеркивается, что целевое использование бригад — необходимое условие доступности, качества и оперативности скорой помощи. Однако статистика сама по себе не дает ответа на вопрос, как добиться этого без риска для пациентов.

Пока система одновременно сталкивается с миллионами безрезультатных выездов, ростом числа отказов в направлении бригад и отсутствием сопоставимой федеральной статистики. Без прозрачного мониторинга причин обращений и единых критериев оценки невозможно достоверно определить, где ресурсы расходуются нерационально, а где за формально безрезультатным вызовом скрывается реальная потребность человека в медицинской помощи.

Юридическая неопределенность делает проблему еще сложнее. Прежде чем наказывать за злоупотребление скорой помощью, необходимо определить, что именно считать злоупотреблением, кто и по каким правилам должен это устанавливать. Пока таких критериев нет, идея штрафов остается политическим предложением, а миллионы выездов, не закончившихся оказанием экстренной помощи, — системной проблемой, которую еще предстоит решить.

 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

ТРЕНДЫ: у человечества заканчиваются гарантии безопасности — по страницам доклада Комиссии по глобальным угрозам здоровью



ПОПУЛЯРНЫЕ СТАТЬИ