39-летний Андрей Кияшко, сам работавший в системе здравоохранения, несколько дней обращался за медицинской помощью с симптомами, которые, как утверждает его вдова, указывали на инсульт. После компьютерной томографии мужчину отправили домой, сославшись на отказ от госпитализации, которого он, по словам близких, не давал. Через 6 дней он умер.
Следственный комитет проверит действия медиков Владивостокской клинической больницы № 4. История ставит вопрос, от которого системе здравоохранения вряд ли удастся отмахнуться: если своевременного внимания не смог добиться даже коллега, знакомый с работой скорой помощи изнутри, на какую защиту могут рассчитывать обычные пациенты?
Диагноз, который не изменил маршрут
Андрей Кияшко работал водителем скорой медицинской помощи. 8 ноября он почувствовал себя плохо: появились сильное головокружение, тошнота и рвота. На следующий день состояние ухудшилось, и супруга вызвала бригаду СМП. Однако до квартиры медики не добрались. По словам вдовы, как пишет PRIMPRESS, домофон не работал, связаться с вызывавшими по телефону бригаде также не удалось. Не дождавшись ответа, сотрудники скорой покинули адрес.
В тот же вечер Кияшко самостоятельно приехал в приёмное отделение Владивостокской клинической больницы № 4 и стал добиваться проведения компьютерной томографии, на которую, как утверждает жена, врач сначала не соглашался. Обследование в итоге состоялось, но его результаты, по версии заявительницы, были оценены неверно: острой патологии не обнаружили, пациента не госпитализировали и отправили домой.
В выписном эпикризе значился врач-невролог, однако выданные документы, как следует из обращения вдовы, не содержали личной подписи специалиста — только его фамилию в скобках. По утверждению супруги, фактически пациента осматривал врач-стажёр, а невролога и заведующего отделением на месте не было.
Особый вопрос вызывает запись об отказе от госпитализации. В медицинской документации указано, что Кияшко сам не захотел оставаться в больнице. Родственники настаивают: пациент такого решения не принимал, соответствующих документов не подписывал.
Супруга также утверждает, что при последующем изучении снимков другие врачи увидели признаки инсульта, которые, по её мнению, были заметны ещё 9 ноября.
От дневника давления — к коме
На следующий день, 10 ноября, Кияшко обратился в поликлинику № 9. Терапевт осмотрел пациента и рекомендовал вести дневник артериального давления. После консультации мужчина вновь отправился домой.
Развязка наступила 11 ноября. В 13:43 Кияшко потерял сознание в ванной. У него развился судорожный синдром, состояние перешло в кому третьей степени. Прибывшая бригада скорой помощи провела необходимые реанимационные мероприятия, подключила пациента к аппарату искусственной вентиляции лёгких и доставила в больницу № 1.
Там мужчине выполнили повторную компьютерную томографию, после чего перевели его в Приморскую краевую клиническую больницу № 1. В этом медицинском учреждении провели третье КТ. С 11 ноября врачи, по словам супруги, делали всё возможное для спасения пациента. Однако к тому моменту болезнь уже зашла слишком далеко.
15 ноября Андрей Кияшко умер, так и не придя в сознание. Ему было 39 лет. У погибшего остались жена, работающая фельдшером скорой помощи, и новорожденная дочь, которой ещё не исполнилось 2-х месяцев.
Проверка вместо ответа
Супруга умершего намерена добиться оценки действий медиков, которые принимали решения на раннем этапе заболевания. 16 ноября она обратилась к главному врачу ВКБ № 4 с требованием выдать медицинскую документацию мужа и результаты компьютерной томографии на цифровом носителе. На следующий день заявление поступило в Следственный комитет.
Адвокат просит следственные органы проверить обстоятельства смерти и качество медицинской помощи, оказанной в городской больнице № 4. Среди требований — изъять оригиналы медицинских документов и записи КТ, назначить комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, установить, насколько обоснованными были действия врачей и существует ли причинно-следственная связь между оказанной помощью и наступившим исходом. По результатам проверки заявитель рассчитывает на решение вопроса о возбуждении уголовного дела.
«Трагедия с Андреем Кияшко — далеко не единственный повод для беспокойства. Как отмечают пользователи популярного сервиса 2ГИС, в отзывах Владивостокскую клиническую больницу № 4 (ВКБ-4) местные жители часто называют «моргом» и «последним местом, куда стоит обращаться»», — заключает PRIMPRESS.
Региональное управление СК РФ уже организовало доследственную проверку. Поводом стало обращение вдовы, а также сообщения о возможном ненадлежащем оказании медицинской помощи, появившиеся в средствах массовой информации и социальных сетях. Руководитель ведомства поручил главе следственного управления по Приморскому краю Эдуарду Трубчику доложить о ходе проверки и установленных обстоятельствах. Материалы о причинах смерти должны быть представлены в центральный аппарат Следственного комитета.
Система, в которой нет привилегии даже для своих
В этой истории особенно остро звучит профессиональный парадокс. Кияшко не был человеком, далёким от медицины: он работал в скорой помощи, его жена — фельдшер. Семья знала, куда обращаться и насколько важна своевременная реакция на опасные симптомы. Но принадлежность к медицинскому сообществу, профессиональная солидарность и понимание специфики работы системы, судя по изложенным в заявлении обстоятельствам, не помогли добиться того, чтобы состояние пациента своевременно оценили и приняли решение о госпитализации.
Разумеется, окончательные выводы о качестве медицинской помощи и ответственности конкретных специалистов должна сделать экспертиза, а обстоятельства смерти — установить следствие. Пока речь идёт о версии семьи, которая требует проверки.
Но уже сам ход событий заставляет задать неудобный вопрос: если даже сотрудник скорой помощи не смог рассчитывать на должное внимание со стороны коллег, чего ожидать пациенту, не имеющему отношения к системе здравоохранения, не знающему медицинских протоколов и не способному самостоятельно оценить опасность происходящего?
Для семьи Кияшко результаты проверки уже не изменят исхода. Супруга погибшего прямо говорит, что возможное наказание виновных не вернёт ей мужа и не заменит отца маленькой дочери. Теперь СК предстоит установить, была ли трагедия следствием стремительного развития заболевания или упущенного времени, когда у пациента ещё оставался шанс на спасение.


