В Госдуме столкнулись две концепции оплаты ранней диагностики рака: Николай Щеглов предложил отказаться от отдельной премии за выявление опухолей, назвав это прямой обязанностью медика. Профильный думский комитет, однако, решил не только сохранить выплаты до 2029 года, но и выступил за бессрочность самой программы.
Премия за должностную обязанность
Тысяча рублей за впервые обнаруженную онкологию стала предметом спора в Госдуме. Поводом послужили жалобы фельдшеров: формально они имеют право на такую выплату наравне с врачами и акушерами, но на практике вознаграждение в регионах преимущественно получают врачи. Депутаты потребовали от Минздрава разобраться, почему механизм не работает для всех предусмотренных им категорий медработников.
Однако Николай Щеглов предложил поставить под вопрос не распределение денег, а сам принцип доплаты. По его мнению, обнаружение заболевания при осмотре входит в прямые обязанности медика и не должно оплачиваться отдельной премией.
«А потом мы будем доплачивать за осмотр на кушетке?» — иронизировал депутат. Он также обратил внимание на избирательность системы: если раннее выявление рака вознаграждается отдельно, почему аналогичного стимула нет для, к примеру, диагностики сердечно-сосудистых заболеваний?
Зарплаты медицинских работников, считает Щеглов, необходимо повышать в целом, а не привязывать дополнительные деньги к обнаружению конкретной патологии.
Комитет выбрал противоположный курс
Критика не изменила позиции профильного комитета. 14 октября 2026 года комитет Госдумы по охране здоровья единогласно рекомендовал принять в первом чтении законопроект № 619-9, предусматривающий продление финансирования стимулирующих выплат до 2029 года. Сейчас гарантированное финансирование программы предусмотрено до конца 2028-го.
Более того, председатель комитета Владимир Сысоев предложил сделать выплаты бессрочными. По его оценке, материальное поощрение побуждает медиков внимательнее относиться к жалобам пациентов и тщательнее проводить профилактические осмотры, повышая шансы на раннее обнаружение опухоли.
Сысоев поддержал и расширение круга получателей: поощрение, подчеркнул он, должно доходить не только до врачей, но и до фельдшеров, участвующих в первичной диагностике. Таким образом, комитет выступил за сохранение и развитие механизма, который Щеглов считает избыточным.
Предложение о бессрочном характере выплат пока не включено в законопроект и остается отдельной инициативой. Сам документ регулирует исполнение бюджетов в 2027 году и предусматривает продолжение финансирования программы из бюджета Федерального фонда обязательного медицинского страхования (ФОМС).
Деньги на бумаге — не всегда в зарплате
Размер вознаграждения составляет 1 тыс. рублей за пациента с выявленным и подтвержденным злокачественным новообразованием. Право на выплату возникает, если медицинский работник первым заподозрил патологию во время диспансеризации или профилактического осмотра и направил пациента к онкологу либо назначил диагностическое исследование, позволившее установить диагноз.
До 2024 года сумму распределяли между несколькими специалистами. Затем порядок изменили: все деньги стали перечислять одному медработнику, который первым совершил ключевое действие для выявления заболевания.
Но даже упрощенная схема не гарантирует, что средства дойдут до адресата. Помимо жалоб фельдшеров, о проблемах с реализацией программы свидетельствуют региональные показатели. Так, в Ростовской области в 2024 году план по таким выплатам выполнили лишь на 6,5%. В территориальном фонде ОМС это объясняли небольшими суммами и трудоемкой отдельной отчетностью.
Руководители медучреждений также указывали на дополнительную административную нагрузку, из-за которой оформление случаев выявления онкологии становится невыгодным по затраченным усилиям.
Принципиальный спор без решения на местах
На этом фоне спор о тысяче рублей — сумме, которую руководство самих клиник считает мизерной и не желает тратить ресурсы на ее администрирование, — выявил более глубокое противоречие. Думский комитет так и не смог его разрешить.
Щеглов поставил под сомнение сам принцип доплат за выполнение прямых обязанностей медика и указал на избирательность поощрения: почему отдельная премия предусмотрена именно за выявление рака, но не за диагностику других опасных заболеваний? Между тем своевременное обнаружение сердечно-сосудистой патологии спасает не меньше жизней.
Никто из сторонников выплат не опроверг эти доводы по существу. Комитет предпочел сохранить финансирование, а заодно предложил сделать выплаты бессрочными. Так вопрос о целесообразности премии и путях ее администрирования остался без ответа, зато сама премия получила перспективу бессрочного существования.

