Мы уже сообщали, что вчера, 8 октября, Госдума одобрила в первом чтении законопроект об обязательной отработки выпускников медвузов и драконовских штрафах в случае их отказа. В медицинском сообществе эта инициатива Минздрава вызвала отрицательный отклик и названа не иначе как «Закон имени Мурашко».
Интересно, что и депутаты, поддержавшие инициативу, стали также именовать этот законопроект. Вот что во время обсуждения сказал член комитета Госдумы по охране здоровья Николай Осадчий:
«Сегодня качественная медицинская помощь, особенно в сельских ЦРБ, не оказывается по причине нехватки узких специалистов. Принимая закон имени Михаила Альбертовича Мурашко, мы с вами решаем эту проблему. Почему подчёркиваю фамилию – нам надо прекратить закрываться коллегиальными решениями. У каждой инициативы, реформы есть свой автор».
Этой публикацией мы начинаем знакомить вас с дебатами, прошедшими в Госдуме, в ходе пленарного заседания. Законопроект перед депутатами представляла официальный представитель правительства, замминистра здравоохранения Татьяна Семенова. Одним из первых свои вопросы ей задал зампред комитета ГД по охране здоровья Алексей Куринный (публикуем по трансляции).
КУРИННЫЙ
Эти вопросы я уже задавал, но хотелось бы получить публичный ответ, они кардинальные.
Первое. Почему врачи, только врачи в данном случае попадают, я имею в виду целевики, попадают в столь жёсткие условия, фактически они хуже, чем у военных курсантов, с точки зрения опять же траектории?
Второе. Почему трёхлетнюю отработку, которая будет теперь называться «наставничество», будут проходить в том числе и те, кто получает образование за счёт собственных средств, платники?
По бюджетникам понятно, но почему на платников тоже это условие распространяется?
И третье. Почему в законопроекте не предусмотрена базовая часть гарантий для вот этих молодых целевиков, которые будут приезжать? Я говорю, прежде всего, о жилье, я говорю о гарантированной заработной плате, я говорю о подъемных, потому что в противном случае, если всё это, как предполагается, передать регионам, у нас может оказаться не очень приглядная ситуация, когда приедет молодой человек без таких закрепленных на федеральном уровне гарантий.
СЕМЕНОВА
Мы, действительно, и в рамках комитета, и вчера обсуждали многие аспекты подобных норм, почему только врачи.
Ну, во-первых, врачи – самая социально активная группа, и сегодня они востребованы отраслью, и мы решали ключевую задачу, которую обсуждали, и за основу брали те предложения, которые звучали от вас в рамках обсуждения решений «правительственного часа».
Три года отработки. На самом деле, это не отработка, я вчера про это говорила, сроки подготовки специалиста до полной самостоятельной работы в большинстве государств мира не равны двум годам, как у нас это происходит в ординатуре.
В течение трех лет в среднем по разным специальностям требуется для того, чтобы специалист без какой-либо поддержки мог самостоятельно с любой клинической ситуацией справиться.
Поэтому три года практической подготовки под контролем и с помощью наставника – это срок, который необходим любому выпускнику и не зависит от тех финансовых оснований, по которым он это образование получал.
Это не отработка, это возможность плавной адаптации в отрасли, а обеспечить ее могут высококвалифицированные специалисты, которые работают в государственной системе здравоохранения, безусловно, которые имеют на это все права.
По платникам. Смотря что распространяется на платников, соответственно, изменения в 323-й федеральный закон в части получения полных профессиональных компетенций под контролем наставника – это норма, аналогичная интернатуре, которая всегда у нас была в стране и поэтому она распространяется на всех. Это не отработка, это возможность плавной профессиональной адаптации.
Ну и почему базовой части гарантий нет. Сегодня мы с вами видим, что предложений по трудоустройству больше, чем желающих на эти места трудоустраиваться, поэтому есть выбор и есть возможность определять место своего дальнейшего трудоустройства, за исключением лиц, поступивших в рамках квоты целевого приема.
Там изначально договорные отношения и человек понимает, с кем он заключает соглашение и где он будет работать. Сегодня это переданные полномочия, обеспечение социального пакета для медицинских работников.
И надо сказать, что в рамках федерального проекта «Медицинские кадры», в рамках национального проекта «Продолжительная и активная жизнь» мы эти меры социальной поддержки мониторируем и регионы их с каждым годом все более и более расширяют, поэтому, я думаю, что регионы заинтересованы в том, чтобы к ним пришли специалисты и работали, и будут продолжать эту работу.
Продолжение следует

