Накануне прошло расширенное заседание рабочей группы Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) по направлению «Здравоохранение и народосбережение». Помимо правозащитников во встрече приняли участие представители Минздрава и Минтруда, а также профессионального экспертного сообщества, передает паблик СПЧ ВКонтакте.
Речь шла о развитии паллиативной медицинской помощи (ПМП) в России. Напомним, во весь рост проблема прозвучала на декабрьской встрече президента с СПЧ. На заседании рабочей группы не скрывали, что это очень сложная и годами не решаемая тема.
«В работе Совета есть тяжелые темы. Эта — одна из тяжелых. В декабре мы поставили перед президентом несколько вопросов по развитию паллиативной системы. Готовится поручение президента по этой теме. Полагаю, что в ближайшие дни выйдут поручения по итогам декабрьской встречи», — открыл заседание руководитель СПЧ Валерий Фадеев.
Глава рабочей группы, эксперт Совета при правительстве РФ по вопросам попечительства в социальной сфере, президент Международной благотворительной организации «Справедливая помощь Доктора Лизы», врач Ольга Демичева сообщила о том, что на сегодня в России в паллиативной помощи нуждаются более 1,5 миллиона человек.
«30% из них — онкопациенты, остальные страдают другими заболеваниями с мучительными симптомами. Необходимо разработать механизмы по реорганизации системы паллиативной помощи и ее взаимодействия с системой долговременного ухода для максимальной заботы о самой уязвимой категории граждан и реинтеграции», — отметила Демичева.
Она также предложила создать Национальный медицинский исследовательский центр по паллиативной медицинской помощи, особо отметив, что единого регулирования системы паллиативной помощи по всей стране до сих пор фактически нет:
«Нам необходимо рассмотреть вопрос создания национального медицинского исследовательского центра по паллиативной медицинской помощи. Такого тоже до сих в России нет. <…> Хотелось бы, чтобы этот центр был, потому что и вопрос телемедицинских консультаций, и вопрос регулирования паллиативной помощи стоит достаточно остро. Будет ли такой НМИЦ подразделяться на взрослое и детское отделения или совместит их функции — вопрос в ведении Минздрава».
Среди других предложений рабочей группы СПЧ:
◼ создать Единый федеральный регистр пациентов, нуждающихся одновременно в ПМП и услугах СДУ (системы долговременного ухода);
◼ ввести новую врачебную специальность «Паллиативная медицинская помощь»;
◼ проанализировать успешный опыт Москвы с возможным тиражированием в части психологических консультаций пациентов и их родственников в хосписах и отделениях ПМП, а также на дому и обеспечения энтеральным питанием;
◼ изменить определения паллиативной помощи в федеральном законодательстве и приближение его к определению, сформулированному ВОЗ.
А вот как в своем паблике ВКонтакте заседание рабочей группы СПЧ прокомментировала Ольга Демичева.
Жизнь каждого человека ценна до последнего её дня…
«Сегодня в СПЧ мы обсуждали вопросы взаимодействия системы паллиативной помощи с системой долговременного ухода.
Наверное, потому что я врач, мои мысли прежде всего о будущем паллиативной помощи в России.
01.09.2025 г. вступил в силу Приказ Министерства здравоохранения Российской Федерации и Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 14 апреля 2025 г. № 208н/243н «Об утверждении Положения об организации оказания паллиативной медицинской помощи, включая порядок взаимодействия медицинских организаций, организаций социального обслуживания и общественных объединений, иных некоммерческих организаций, осуществляющих свою деятельность в сфере охраны здоровья» (далее – Положение.)
В Положении используется определение паллиативной помощи, ранее сформулированное в части 1 статьи 36 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 323-ФЗ):
«Паллиативная медицинская помощь представляет собой комплекс мероприятий, включающих медицинские вмешательства, мероприятия психологического характера и уход, осуществляемые в целях улучшения качества жизни неизлечимо больных граждан и направленные на облегчение боли, других тяжелых проявлений заболевания.»
Сравним с определением ВОЗ:
«Паллиативная помощь – подход, целью которого является улучшение качества жизни пациентов и членов их семей, оказавшихся перед лицом угрожающего жизни заболевания. Эта цель достигается путем предупреждения и облегчения страданий, благодаря раннему выявлению, тщательной оценке и купированию боли и других тягостных физических симптомов, а также оказанию психосоциальной и духовной поддержки».
(Это определение ВОЗ заменило устаревшее, в котором речь шла только о «пациентах, страдающих заболеваниями, которые не поддаются излечению»).
Термины: «Паллиативная помощь» и «Хоспис» – не синонимы! Согласно определению ВОЗ, «Хоспис – это всегда паллиативная помощь, но паллиативная помощь – это не всегда хоспис».
Хоспис является одной из форм реализации паллиативной помощи, но отличается более узкой направленностью на последние дни жизни.
Право на получение паллиативной помощи в РФ, согласно Положению, определяется решением врачебной комиссии (ВК) или консилиума врачей (в быту это право называют «паллиативный статус», хотя такой термин в официальных документах отсутствует). Обязательным критерием для получения права на паллиативную помощь, согласно Положению, является неизлечимость заболевания.
Термин «неизлечимость» является несправедливо лимитирующим доступ к получению паллиативной помощи для тех людей, страдающих тяжёлыми хроническими жизнеугрожающими заболеваниями, которые получают специализированное, в том числе, высокотехнологичное лечение, но, при этом, страдают от мучительных симптомов на фоне болезни и её лечения.
Для них решение ВК о показаниях к началу паллиативной помощи, как правило, означает прекращение другого специализированного лечения. И, хотя Федеральный закон № 323-ФЗ гарантирует этим гражданам полный объём специализированной медицинской помощи, на практике регулярно наблюдаются ситуации, при которых паллиативная помощь ассоциируется с прекращением другого специализированного лечения, не потому что его дальнейшее применение неэффективно или опасно для больного (так тоже бывает), а потому что «нет смысла лечить неизлечимого».
В итоге образуется двойная проблема. С одной стороны, получить паллиативную помощь можно только в случае, когда тяжёлая болезнь уже вступила в терминальный, неизлечимый этап, а до этого пациент не имеет доступ к специалистам, умеющим правильно лечить боль и другие мучительные симптомы.
С другой стороны, право на паллиативную помощь ограничивает больного в праве на другие виды лечения (хотя это и противоречит законодательству, но на практике срабатывает феномен «бессмысленности лечения неизлечимо больного»).
В декабре 2025 года, на встрече членов Совета по развитию гражданского общества и правам человека с нашим президентом, я рассказала Владимиру Владимировичу Путину об этой ситуации.
Глава государства поддержал предложение о расширении доступа к паллиативной помощи в России и согласился с необходимостью корректировки законодательных критериев, ограничивающих получение паллиативной помощи, отметив важность доступности такой помощи людям с тяжелыми и жизнеугрожающими заболеваниями, независимо от прогноза их состояния.
Думаю, что первым шагом в решении обсуждаемого вопроса должно стать изменение определения паллиативной помощи в федеральном законодательстве и приближение его к определению, сформулированному ВОЗ.
Другим важным шагом мне представляется создание ФГБУ НМИЦ паллиативной помощи, который будет координировать работу этого медицинского направления по всей стране, осуществляя, в том числе, телемедицинские консультации для регионов.
И ещё, конечно, пора пересмотреть подходы к подготовке специалистов по паллиативной помощи. В Приказе Министерства здравоохранения РФ от 2 мая 2023 г. № 205н “Об утверждении Номенклатуры должностей медицинских работников и фармацевтических работников” указана должность «Врач по паллиативной медицинской помощи», но специальности «Паллиативная медицинская помощь» нет.
Сейчас врач по паллиативной медицинской помощи — это должность, которую может занимать врач любого профиля: терапевт, хирург, невролог, гематолог, онколог, эндокринолог и др. Достаточно пройти курс повышения квалификации «Паллиативная медицинская помощь», продолжительностью 144 часа, и можно работать, согласно требованиям профессионального стандарта «Врач по паллиативной медицинской помощи», утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 22 июня 2018 г. № 409н.
Конечно, паллиативная помощь — молодое направление в российской медицине, и на раннем этапе её становления такой подход был оправдан. Но настало время для введения отдельной специальности. От этого выиграют все – и пациенты, и специалисты.
Голос самых уязвимых людей — тяжелобольных, нуждающихся в паллиативной помощи, — сегодня звучит особенно отчетливо.
Для нашей организации этот вопрос является принципиальным. О необходимости пересмотреть подходы к паллиативной помощи заявляла сама доктор Лиза, врач паллиативной медицины. Елизавета Глинка всегда стремилась к тому, чтобы поддержка начиналась не только в стенах хосписов, но и значительно раньше — на этапе, когда человек еще только приближается к этим учреждениям или вообще не может до них добраться.
На заседании совета президент Владимир Путин поддержал этот подход, подчеркнув, что паллиативная медицина должна быть ориентирована прежде всего на качество жизни:
если человек жив — нужно сделать всё, чтобы эта жизнь была максимально достойной и терпимой, вне зависимости от прогноза.
Для нас важно, что на столь высоком уровне прозвучали слова, которые много лет лежат в основе работы «Справедливой помощи Доктора Лизы»: жизнь каждого человека ценна до последнего её дня, а помощь должна приходить вовремя — не тогда, когда уже почти ничего нельзя изменить, а тогда, когда еще можно облегчить боль, дать опору, вернуть ощущение человеческого достоинства».


