Ученые Томского политехнического университета и их коллеги синтезировали 6 новых соединений, способных стать основой для разработки противоопухолевых препаратов. 3 из них ранее не были известны науке. Лабораторные испытания на клетках рака молочной железы, предстательной железы и яичников показали биологическую активность соединений. Теперь они пополнят банк молекул с противораковыми свойствами, который позволит перейти от массового перебора химических вариантов к целенаправленному конструированию более эффективных и безопасных веществ, сообщает релиз ТПУ.
Молекулы с заданными перспективами
Поиск новых средств против рака остается одной из ключевых задач фармакологии. Существующая терапия не всегда обеспечивает ожидаемый результат: препарат, помогающий одному пациенту, может оказаться малоэффективным для другого. При этом лечение нередко сопровождается побочными эффектами. Задача исследователей — найти соединения, которые точнее воздействуют на опухолевые клетки и меньше вредят здоровым тканям.
Томские химики вместе с российскими коллегами предложили новые кандидаты для дальнейшей разработки таких препаратов. В основу синтеза легли три известных химических каркаса: инденохиноксалинон, триптантрин и трициклический аналог изатина.
Работу провели в 2 этапа. Сначала к исходным молекулам присоединили небольшой фрагмент ацетона с помощью альдольной конденсации. Затем промежуточные продукты модифицировали, вводя оксимную группу. В результате исследователи получили шесть соединений, включая три ранее неизвестных.
Одно изменение — другой эффект
Отдельным предметом изучения стала изомерия оксимов. В зависимости от пространственного расположения оксимной группы молекула может существовать в двух вариантах — Z- и E-изомерах. Различия в их строении способны влиять на биологическую активность вещества, а значит, и на его перспективы в качестве основы для лекарства.
Лабораторные эксперименты выявили наиболее активного кандидата среди изученных соединений. Им оказался промежуточный продукт на основе триптантрина, который заметно подавлял рост клеток рака молочной железы и простаты. Его оксимное производное действовало слабее, но также демонстрировало активность.
По словам соавтора исследования, старшего научного сотрудника Научно-образовательного центра Н.М. Кижнера Анастасии Коврижиной, соединение можно рассматривать как перспективную основу для дальнейшей оптимизации структуры и усиления активности, а также для расширенного изучения его противораковых эффектов.
От химического перебора к точечной настройке
Главный результат работы — не только пополнение коллекции потенциально активных веществ. Полученные соединения войдут в банк молекул с противораковыми свойствами и станут материалом для последующих исследований. Сопоставляя их структуру и биологическое действие, ученые смогут точнее определять, какие изменения делают молекулу эффективнее, а какие снижают ее перспективность.
«Главная ценность нашей работы в том, что она показывает, как небольшие изменения в молекуле резко меняют ее действие. Это подсказка для химиков — теперь можно не перебирать множество молекул, а осмысленно конструировать более эффективные и безопасные соединения», — подчеркивает Анастасия Коврижина.
Следующий этап — модификация наиболее перспективных кандидатов: усиление воздействия на опухолевые клетки и снижение вреда для здоровых тканей. Если дальнейшие исследования подтвердят их потенциал, соединения смогут перейти к доклиническим испытаниям, а затем — при успешном прохождении необходимых этапов — к клиническим.
В исследовании участвовали сотрудники Научно-образовательного центра Н.М. Кижнера Инженерной школы новых производственных технологий и Исследовательской школы химических и биомедицинских технологий ТПУ, НИИ психического здоровья Томского НИМЦ РАН, Сибирского государственного медицинского университета, Новосибирского института органической химии СО РАН и Института неорганической химии имени А.В. Николаева СО РАН.
Работа выполнена при поддержке Российского научного фонда в рамках проекта № 24-15-00334. Результаты опубликованы в журнале Organics (Q2, импакт-фактор — 3,2).



